
Когда Ирма вышла, аккуратно притворив за собой дверь, худая, длинноногая, по-взрослому вежливо улыбаясь большим ртом с яркими, как у матери, губами, Виктор принялся старательно раскуривать сигарету, дети так не говорят, это даже не грубость, это – жестокость, и даже не жестокость, а просто ей все ра

272
191




















