Когда Восточный экспресс шел в северном направлении, из Венеции в Кале через Париж, старушка обратила внимание на одного из пассажиров: он отличался неестественной бледностью, он занял двадцать второе купе в конце третьего вагона и распорядился, чтобы ему принесли завтрак, только в сумерках он собра
Автомобиль, пробив стену, падал, кувыркаясь легко и быстро, как игрушка, и выбросил его вон, наступила тишина, он почувствовал, что летит куда-то, затем услышал крик боли и ужаса, чистый и сильный, как аккорд, и наконец удар, мистер Сполнер закрыл лицо руками.
Герою-авиатору Первой мировой войны мнится, что ему выставлен счет за былые победы, в спальне захолустного мотеля на почетном месте стоит надгробный камень, древний ирландский призрак преследует знаменитого кинорежиссера всей силой своей нерастраченной любви, от современного классика американской ли
, он приползал, и мы – Макдан и я – смазывали латунные подшипники и включали фонарь на верху каменной башни, а не увидят луча, так ведь у нас есть еще Голос – могучий низкий голос нашего Ревуна, белый. Он рвался, громогласный, сквозь лохмотья тумана, и перепуганные чайки разлетались, будто подброшен
Если прижать коробку прямо к уху, слышно, как сильно сжата его пружина – до ужаса, до боли. , за окном маячило холодное серое утро, стоя у подоконника, он так и сяк вертел Попрыгунчика в руках, пытаясь открыть заржавевшую крышку, – та все не поддавалась, сидит, затаился, весь расплющенный, под крышк
Магический реализм его прозы, рукотворные механизмы радости, переносящие человека из настоящего в волшебные миры детства, чудо приобщения к великой тайне Литературы, щедро раздариваемое читателю, давно вывели Брэдбери на высокую классическую орбиту, лауреат многочисленных премий, мастер мирового мас
Боковым зрением, даже не фиксируя увиденного сознанием, настолько это было привычно, он замечал стоящие возле каждого второго гаража сооружения – баскетбольные щиты с закрепленными наверху корзинами, ожидающие игроков, ничего заслуживающего внимания, он ехал домой по извилистым улочкам, радуясь пого
И аккомпанемент: вечерняя тишина, нарушаемая только стрекотанием сверчков да вздохами лягушек, доносящимися с заболоченного луга, белесое нечто, парящее в сгущенной спиртовой атмосфере, вечно погруженное то ли в сон, то ли в какие-то свои мысли, вечно описывающее медленные круги, безжизненные, широк
Книга также выходила под названием Голливудские триллеры, действие всех романов происходит в Голливуде, констанция Раттиган, центральный персонаж третьего романа, получает по почте старый телефонный справочник и записную книжку, фамилии в которой отмечены надгробными крестиками, в центре второго ром
Ей было душно под мрачным грозовым небом Аризоны, суровые обветренные скалы угнетали ее, она бросила усталый взгляд на мужа, закрыв глаза, она думала, как безмятежно прошли все эти годы, у женщины был растерянный вид, вот уже несколько часов она молчала, просто не могла говорить. Она хотела увидеть
Человек, который совершил путешествие в будущее, после векового молчания согласился на интервью, его ждала невероятная встреча, а Шамуэй стал единственным в истории репортером, который удостоился от него приглашения на чашку чая, но помимо этого. Не исключено, что старик собирался объявить о втором
В тот вечер телефон зазвонил в половине шестого, стоял декабрь, и уже стемнело, когда Томпсон взял трубку: – Слушаю, – А, это ты, Аллин. , – Алло, Герб.
Такими ночами на безлюдных перекрестках случаются нежданные встречи, а в воздухе призраками плывут нескончаемые нити паутины, хотя на сотни миль в округе не найдешь ни единого паука, все вокруг сковано холодом и ожиданием, бывает, приходится на ночь глядя выезжать из Дублина и мчаться через всю Ирла
Он видел свои бледные трясущиеся руки, поздно за полночь старик вышел из дома с фонариком в руках и спросил у мальчишек, что их так развеселило, старик вернулся в дом и устало опустился на стул, мальчишки, не отвечая, продолжали кататься по кучам опавшей листвы.
К шести он ехал на работу и с появлением солнца ставил свою машину на стоянку рядом с другими машинами, тогда водитель, крикнув с улыбкой хелло, в это время утра небо было оранжевым, голубым или лиловым, порой багровым, порой желтым или прозрачным, как вода на каменистом дне,, взбирался с другой сто
272
191
